Современная реконструкция дома начала хх века

Большая Деревня — Сайт о Самаре, в которой интересно жить

Идея перестройки исторических зданий для приспособления их к современным нуждам появилась в Самаре не вчера. Расцвет реконструкции как принципа начал набирать популярность с середины 1920-х годов, когда остро возникший вопрос нехватки жилья и общественных площадок решался за счет надстроя существующих зданий конца XIX — начала XX веков. За пятнадцать довоенных лет Самара выросла на несколько этажей — в городе до сих пор можно видеть множество примеров, когда первые этажи выполнены в псевдорусском стиле, а верхние представляют собой простые, конструктивистские объемы.

Сегодня тенденция обратная: многие современные архитекторы не разделяют любви к простоте, и потому их реконструкция представляет собой нагромождение эклектичных шатров, крылец и балясин на изначально гладких модернистских фасадах. Скелет советской постройки облачается в новую постмодернистскую оболочку из сайдинга и рекламы, немыслимо сочетающей красные, желтые и синие оттенки.

По просьбе редакции «Большой деревни» архитектор Михаил Солодилов составил список из пяти удачных примеров реконструкции памятников архитектуры, которые доказывают, что это возможно. В следующем выпуске — анти-рейтинг.

1. Дом строителя

Арцыбушевская, 30. Архитекторы: Логинов Александр, Сергей Малахов, Альфред Хахалин, 1984-1987 г.

Подворье купца Дунаева изначально полностью занимало угол исторического квартала улиц Арцыбушевской и Льва Толстого. Сносить его намеревались еще в 1982 году, во время строительства кинотеатра «Тимуровец» (сейчас — театр «СамАрт»). За сохранность памятника шла ожесточенная борьба, но сохранить удалось лишь купеческий дом, выполненный в лучших традициях знаменитого зодчего Александра Щербачева. Нужен был план, позволяющий хотя бы символично сохранить уникальность организации пространства с его специфическим духом места.Власти неожиданно поддержали проект молодых архитекторов, который был реализован качественно, ремесленно и в полном соответствии с контекстом. По своей сути, это манифест новой архитектуры: пространство здесь нарочито нефункционально, что для застойных советских времен являлось нонсенсом. Основную площадь занял атриум и преувеличенно широкие парадные лестницы. Башня над атриумом показывает место утраченного двора. Границы подворья воспроизвели метафорично, поскольку соседние дворы к тому времени давно снесли. Брандмауэр волнообразно изогнулся. Это хороший пример творческого подхода, а не исторической стилизации. Остроумные критики заметили, что «малаховская» изогнутая стена, ставшая символом местной архитектурной школы, сегодня закрыта полуфабрикатом «самарского ренессанса» — пристройкой театра. Это плата за концептуальную заносчивость.

2. Офисный центр

Ул. Самарская, 99. Архитекторы: Леонид Кудеров, Елена Эльконюк, 2004 — 2006 г.Дом конца XIX века, в котором сегодня расположился многострадальный бар «Берлускони», реконструировали в 2006 году. Самое интересное в получившемся здании — конструкция кровли, под которой полностью сохранен старый самарский двор, превращенный таким образом в атриум. Надстроенный мансардный этаж не бросается в глаза и тактично нейтрален. Внутри здание организовано современно и с изяществом. Архитекторы сохранили все несущие конструкции и выгодно показали их в интерьере, даже подвесные потолки — вечный бич офисных зданий — здесь намеренно фрагментарны. Реконструкция попала в наш хит-парад благодаря бережному отношению к историческому наследию.

3. Гостиница

ул. Садовая, 210. Архитекторы: Виталий Нуралиев, Елена Аксарина. Проектирование: 2005-2007 г. Окончание строительства: 2012 г.По большей части, реставрационные работы заказывают бюджетные организации, а коммерческие структуры стараются снести здание и тихонько заменить его новоделом — так дешевле и проще. Этот пример ценен тем, что владельцы здания постарались найти баланс между архитектурой и бизнесом.

На месте гостиницы был двухэтажный каменный дом начала ХХ века, известный тем, что после революции в нем размещались 2-й райком РКП (б) и 2-й райком РКСМ. Именно тогда внешний облик здания претерпел сильные изменения, многие детали фасада были сбиты, первоначальные оконные проемы изменены, целостность облика — утрачена. Задача архитекторов состояла в том, чтобы приспособить объект культурного наследия с «историческим» фасадом для современного использования. Фасад пришлось буквально собирать по частям: после обмеров и внимательного изучения сохранившихся фрагментов была установлена закономерность и логика, по которой изначально строилось здание. Именно это легло в основу проекта по воспроизведению фасадов.

Место строительства на участке улиц Самарской и Ярмарочной еще несет в себе фрагменты исторической застройки города, которой становится все меньше. Главной задачей при проектировании и строительстве была максимально деликатная интеграция нового объекта в эту среду. Здание имеет три уровня восприятия: издалека в виде силуэта, со среднего расстояния — как единое здание с ясными пропорциями и, наконец, вблизи можно рассмотреть детали исторического фасада.

4. «Галерея Атриум»

Ул. Ленинградская 66. Архитекторы: Рокко Маньоле, Лоренцо Кармеллини, Александро Мендини. Начало строительства — 1997 год.Волжские купцы испокон веков славились своим обстоятельным отношением к строящимся зданиям, будь то особняк или магазин. Они не были так богаты, чтобы создавать сиюминутное и возводили памятники на века. Универмаг «Галерея Атриум» — история того же порядка, пример кардинальной реконструкции и невиданной купеческой роскоши. Воистину, это памятник современности, воплощающий мечту русского человека о построении рая на земле, где было бы представлено все великолепие материальной культуры просвещенных стран Запада. Смело можно говорить о замещении импорта: за небывалым не обязательно ездить в Италию, его уже сейчас можно наблюдать в самом центре Самары.

Здание объединяет три исторических особняка, которые теперь представляют собой сложное сплетение архитектурных стилей и исторических эпох. Лестницы выполнены из стали и отделаны мрамором, а парапеты для облегчения зрительного воздействия изготовлены из прозрачного стекла. Над круглой лестницей, под самым потолком выполнена роспись, повторяющая знаменитую фреску «Комната Супругов», исполненную Андреа Мантенья в Герцогском Дворце города Мантуи. Венчать фреску должна шестиметровая люстра, сделанная под заказ на заводах «Сваровски». Функциональная программа универмага тоже поражает: «Фэшн-кафе», «Кафе влюбленных» с мостиком, ведущим в единственный в своем роде пантеон любви. С замиранием сердца ждем открытия всего здания.

5. Пожарная каланча

Ул. Крупской, архитектор: Дмитрий Храмов, 2014

Каланча и новый музей пожарного дела в Самаре, о котором «Большая деревня» уже писала — это, пожалуй, одна из самых ярких историй о том, как можно возродить памятник архитектуры. Пожарную часть на улице Крупской построили в XIX веке, тогда 26-метровая каланча была самой высокой постройкой в Самаре. К середине XX века она пришла в негодность, и ее пришлось снести, здание пожарной части обветшало.

Реставрацию начали в 2011 году. За это время был отремонтирован фасад и возведена аналогичная снесенной каланча. Комплекс признали объектом культурного наследия, и сегодня он служит прекрасным примером научно-обоснованной реставрации и реконструкции. Современный, яркий интерьер авторства Дмитрия Храмова — лишнее тому подтверждение. Более подробно о новой жизни объекта читайте в нашем материале по ссылке).

Современная реконструкция дома начала хх века

В рамках 21-го фестиваля «Арх Москва» и 5-й Московской биеннале архитектуры прошла презентация номинантов общероссийской премии «Приметы городов. Лучшие региональные практики в области девелопмента и реноваций». Экспертный совет из архитекторов, урбанистов и журналистов номинировал в шести категориях больше ста объектов, реализованных по всей России за последние десять лет. Победители будут названы позже (выставка закрывается 22 мая).

«РБК-Недвижимость» рассказывает о нескольких региональных проектах реновации, показанных на фестивале.

Арсенал Нижегородского кремля

  • Город: Нижний Новгород
  • Год постройки: 1508–1515
  • Год реконструкции: 2015

Реновация Арсенала, бывшего военного склада, памятника архитектуры середины XIX века — первый в России объект федерального значения, где научная реставрация проводилась одновременно с приспособлением здания под современные функции. Автором проекта стал архитектор, основатель архитектурной школы МАРШ Евгений Асс. В процессе реставрации восстановлены фасады здания, включая объемно-пространственную композицию строения, с двумя боковыми и одним центральным ризалитом. Архитекторам удалось частично сохранить интерьеры здания, включая оригинальную кирпичную кладку. В результате реставрации и приспособления здания к новым функциям его площади увеличились с 4 тыс. до 7 тыс. кв. м. В центральной части появился двухсветный зал, остекленные антресоли, в офисной — дополнительные этажи, выстроенные с помощью конструкций-этажерок (они не касаются стен памятника), над боковыми ризалитами выросли мансардные этажи, не изменившие силуэт здания. После реставрации в Арсенале разместился Волго-Вятский филиал Государственного центра современного искусства.

Гостиница «Арктика»

18-этажное здание мурманской гостиницы «Арктика» — самое высокое на Кольском полуострове. В 2009 году его закрыли на двухлетнюю реконструкцию, в результате которой здание сохранило модернистский облик, но получило обновленные фасады, интерьеры и современные инженерные системы. Автор проекта – архитектор Николай Лызлов. Теперь 30% площади здания занимают гостиничные номера, а 30% — офисы, магазины, переговорные комнаты и подземная парковка. Общая площадь «Арктики» составляет 36 тыс. кв. м.

Центр современного искусства «Заря»

В 2013 году началась реновация территории бывшей швейной фабрики «Заря», закрытой еще в начале 90-х. Долгое время фабрика пустовала, лишь отдельные помещения сдавались под офисы. Три года назад новые владельцы «Зари» решили превратить семь заброшенных производственных корпусов общей площадью 20 тыс. кв. м в первый городской арт-кластер. После реставрации, максимально сохранившей исторический облик фабрики, здесь разместились офисы архитектурных и дизайнерских бюро, коворкинг-центр, производственные мастерские, ателье, магазины, шоу-рум, кафе и рестораны. В одном из бывших цехов обосновался Центр современного искусства «Заря», который проводит перформансы, открытые творческие мастерские, показывает интерактивные инсталляции, сеансы арт-терапии, лекции.

Читайте также:  Установка кондиционера в два этапа

Курортный комплекс «Камелия»

Строительство курортного комплекса «Камелия» в Сочи по проекту архитектора Анатолия Самойлова началось в середине 1930-х, но из-за Великой Отечественной войны растянулось почти на 15 лет. В 1960 году санаторий передали обществу «Интурист», и с тех пор он стал главной советской здравницей для партийной элиты и высокопоставленных иностранных гостей. В 1970-е на территории комплекса построили дополнительный корпус под названием «Камелия». В 2011 году в курортном комплексе, пришедшем к тому времени в упадок, началась масштабная реконструкция, которую провели девелоперская компания «Галс-Девелопмент» и бюро «Гинзбург Архитектс». В исторической части «Камелии» обновили колонны, лепнину, балконы, садовые скульптуры. К старому зданию примкнули новые корпуса, соединенные надземными и подземными переходами. В двух крыльях центральной виллы разместились апартаменты и гостиничные номера, которые выходят в парк.

Дом печати

«Дом Печати» в Екатеринбурге — один из главных городских памятников конструктивизма наряду со зданием Главпочтамта и Городком Чекистов. «Дом Печати» был построен по проекту архитекторов Георгия Голубева и Владимира Сигова в 1929–1930 годах. Здесь находилась редакции и типографии газет «Уральский рабочий» и «На смену», а также склад готовой печатной продукции. В 2012 году обветшавшее здание отреставрировали (стоимость работа составила 14 млн руб.) и открыли там клуб-ресторан, оформленный в стиле лофт. Проект разработал дизайнер Никита Жиляков. Сегодня в заводских интерьерах «Дома печати» проходят не только концерты и клубные вечеринки, но и кинопоказы, лекции, тематические встречи, перформансы. С 2010 года бывшая типография — одна из главных площадок Уральской биеннале современного искусства.

Авторский отель «Бронзовый кабан»

Отель «Бронзовый кабан» расположен в центре Воронежа, в историческом здании первой половины XIX века рядом с Благовещенским собором. В процессе реконструкции удалось сохранить подлинную кирпичную кладку, а также элементы декора, например керамическую плитку XIX века производства российской фабрики Эдуарда Бергенгейма, деревянные балки и потолочные перекрытия. Именно из этих балок сделана стойка регистрации в центральном атриуме отеля.

Современная реконструкция дома начала хх века

Подпишитесь
на нашу email-рассылку

Обновленный дом начала XX века в Харькове

Любой архитектор знает: перестраивать всегда сложнее, чем создавать с нуля. История реконструкции дома, построенного в начале XX века на берегу реки.

Любой архитектор знает: перестраивать всегда сложнее, чем создавать с нуля. И все-таки перестройка — это всегда интересно, ведь работаешь не только с заказчиком, его задачами и мечтами, но и с контекстом, историей старого здания, его особенностями, которые подсказывают порой вынужденные, но такие любопытные решения.

С этой точки зрения реконструкция дома в Харькове была для бюро Ryntovt Design интересным, но отнюдь не простым проектом. Во-первых, прекрасные заказчики с нестандартным видением обновленного дома: семья архитектора и дизайнера с двумя детьми, которые хотели современный, лаконичный, почти монохромный интерьер. Во-вторых, сам дом: построенный в начале XX века, довольно ветхий, но при этом расположенный в прекрасном месте Харькова — на берегу реки, с большим тенистым двором, примыкающим к еще одному старинному дому.

Работать предстояло с двумя квартирами, которые занимали весь второй этаж. Кроме того, реконструировали и внешний объем, включая входную группу и парадную, соединяющую постройку со зданием — памятником архитектуры. Изменили цвет, акцентировали вход, добавили широкую, обращенную к реке и городскому скверу террасу.

Другими словами, был старый ветхий дом, а стал концептуальный и современный. Хотя ни форма дома, ни площадь практически не изменились. Даже вид на реку, требовавший замены старых окон на панорамные, не перевесил желание архитекторов сохранить аутентичность постройки. По этой же причине для отделки крыши авторы проекты выбрали оцинкованное железо — самый распространенный кровельный материал в этой части города. А фасад плотного серого цвета позволил утопить постройку в тени заросшего закрытого дворика и “леса” из елей и можжевельника со стороны набережной.

Работа со старыми домами полна сюрпризов. Так, уже в ходе строительства архитекторы обнаружили проблему конструктивной целостности здания, которую пришлось решать с помощью нового жесткого каркаса внутри старого здания, удерживающего стены, перекрытия и кровлю.

Входная зона — это общественное пространство. Из нее можно попасть не только в новую квартиру на втором этаже, но и к соседям. Легкая, практически воздушная лестница примыкает к раскрытой кирпичной кладке начала ХХ века. Стены украшены яркой живописью, здесь ее вообще много, не зря хозяева — художники.

В самой квартире на первый взгляд царит строгий минимализм, а при детальном рассмотрении отовсюду начинает проступать тема леса: это и принты на стенах, и пилоны с графичными силуэтами деревьев, и многочисленные отсылы к экотематике в виде высохших древесных стволов, которые служат то опорами, то перилами, то просто легким живым акцентом.

В остальном лаконизм проявляется в лучших традициях японской эстетики. Ею же явно навеяны полупрозрачные раздвижные перегородки между кухней и гостиной, которые помогают выровнять пропорции чересчур вытянутого помещения, не лишая его при этом дневного света. Сделанная из дерева и стекла, она украшена вставками из сухих трав между стеклами — неброскими, но такими красивыми, когда через них проходят лучи солнечного света.

Весь интерьер дома хоть и апеллирует к японской и скандинавской эстетике, наполнен местными культурными кодами. Например, традиционные орнаменты можно увидеть на коврах из хлопка и карпатской шерсти, выполненных в скандинавской технике украинскими мастерами.

Кроме того, здесь почти нет серийных предметов. Вся мебель спроектирована и произведена в мастерской Ryntovt Design: дерево, простота, лаконичность и тонкое, деликатное исполнение.

Современный опыт реконструкции объектов промышленной архитектуры под здания жилого назначения

Реконструкция промышленных объектов на сегодняшний день — одна из наиболее актуальных тем для проектов и исследований. В Европе этот вопрос освещен рядом монографий: «Old Buildings. New Design» (Charles Bloszies), «Converted Industrial Buildings» (Tamara Rogic) и другие. С течением времени обозначилось несколько направлений джентрификации. «Индустриальная археология», изучающая материальные свидетельства индустриального развития стран, ратует за консервацию таких объектов и создание на их основе музеев техники. Однако следует отметить, что объем требующих сохранения зданий и комплексов настолько велик, что консервации всех их не представляется возможной, как и возврат к уже выведенной функции. В связи с этим подход, включающий смену наполнения, наиболее распространен. Он подразумевает минимальное или экстремальное вмешательство в объемно-пространственные характеристики здания в зависимости от изначальных параметров.

Особый интерес приобретает вопрос о реконструкции, когда речь заходит о приспособлении бывших фабрик и заводов под жильё. Здесь возникает понятие лофт, которое зародилось в США и имеет более чем полувековую историю. Оно связано с джентрификацией территорий, прежде депрессивных: в 30-40-х годах XX века в Нью-Йорке пустующие промышленные и складские здания начали сдаваться в аренду как жилые. С течением времени популярность лофта нарастала, и само понятие эволюционировало.

На сегодняшний день под этим словом понимается реконструкция под жильё любого исторического здания, основными чертами которого являются неоштукатуренные кирпичные фасады, высокие потолки, возможность свободной планировки квартир и создания антресольных этажей.

В России наиболее интенсивно освоение производственных зданий идёт в Москве. По данным консалтинговой компании S.A. Ricci совокупный объем предложения лофт-апартаментов в Москве в 2012 году составил около 55 тыс. кв. м. Это не только офисы и выставочные пространства, но и жильё класса «элит». Однако, несмотря на всё увеличивающийся спрос и многочисленность концепций реновации промышленных территорий, фактически реализованным жилым проектом является единственный объект — многофункциональный комплекс с жилыми апартаментами «Даниловская мануфактура 1867» (реализация — 2011 год), расположенный по адресу: Новоданиловская наб., 9.

Проект разработан архитектурными мастерскими «АБ Цимайло Ляшенко партнеры» (концепция) и «Сити-Арх». Один из корпусов — «Ряды Солдатенкова» — частично заполнен квартирами.

Первоначальная функция Даниловской мануфактуры — текстильная фабрика. Объекты такого типа принято относить к группе зданий, требующих минимума модификаций при реконструкции под жильё. В целом к этой категории можно отнести фабрики с ячейковой структурой, делением или возможностью деления на этажи высотой от 2,5 до 3,5 м (в зависимости от класса жилья), остеклением по длинным сторонам здания, ориентированного восток-запад при ширине корпуса до 14 м, или остеклением по четырем сторонам при более широком или круглом в плане корпусе. Возможность устройства атриума является неотъемлемым преимуществом при широком корпусе.

Объёмно-планировочные характеристики Даниловской мануфактуры таким образом максимально близки структуре многоквартирного жилого дома: удобное деление на этажи, ритм окон, традиционное боковое остекление большой площади, протяжённость корпусов. Конструктивная схема с неполным каркасом и шагом колонн около 3,8 м позволяет создать свободную планировку жилья и безболезненно расположить лестнично-лифтовые узлы. Широтная ориентация корпуса, запроектированный коридорный тип и использование только существующих лестничных клеток не даёт возможности обеспечить инсоляцией квартиры, выходящие полностью на север.

Читайте также:  Дрель и перфоратор: основные характеристики

С учётом данных параметров корпус может разместить в себе жильё определённого типа — апартаменты. Апартаменты — относительно новый формат на рынке недвижимости. К такому типу жилья не применимы привычные нормы инсоляции, что облегчает в ряде случаев проектирование.

Помимо уже построенных объектов многие находятся на стадии реализации: квартал Wine House, комплексы Loft Garden, Studio 8, Soho Loft Apartments.

В состав элитного квартала Wine House (архитектурное бюро «SPEECH Чобан Кузнецов»), строящегося по адресу Садовническая ул., 57, входит, кроме новых корпусов, реконструируемое здание фабрики«Товарищество Петра Смирнова» (годы постройки 1888-1889 гг.).

Так же, как и в корпусах Даниловской мануфактуры, конструктивная схема здесь — неполный каркас с внешними несущими стенами. Внутренние колонны позволили разместить в объеме квартиры современного стандарта со свободной планировкой.

Высота потолков лофт-апартаментов составляет от 3,7 до 4,5 м, на мансардном этаже — до 6,7 метра, что даёт возможность расположить внутри дуплексы. Меридиональная ориентация фабричного корпуса даёт возможность для проектирования жилого дома коридорного типа без ущерба для инсоляции.

Проект «Studio №8» — 14 корпусов бывшего конструкторского бюро. Застройка после реконструкции блокированная. За счёт надстройки зданий стало возможным расположить в здании двух- и трёхуровневые квартиры-блоки. Реконструируемый широкий корпус также размещает внутри себя квартиры в несколько уровней на всю высоту здания, однако то обстоятельство, что часть квартир-блоков выходит полностью на север, исключает любое жильё, кроме Loft Garden (ул. 2-я Рыбинская, д.13, Сокольники) — бывшее отделение конструкторского бюро Российского авиационного завода имени Михаила Леонтьевича Миля 1951 года постройки.

Высота потолков здесь более 3,6 м, остекление занимает большие площади — всё это позволяет разместить в корпусах жильё класса «комфорт». В ходе реконструкции была произведена полная замена инженерных сетей, реставрация фасадов, установка современной системы пожаротушения.

Широтная ориентация здания в сочетании со стремлением максимально использовать длину всего корпуса, «нарезав» его на возможно большее количество жилых ячеек, спровоцировало использование коридорного типа жилого дома. При игнорировании инсоляции единственное допустимое решение по жилым ячейкам — апартаменты.

Soho Loft Apartments — бывшие складские помещения дореволюционной постройки (элеватор 1893г., архитектор И.С. Епанешников) в Басманном районе Москвы. Специализация комплекса — апартаменты для владельцев мототехники. Лофт-апартаменты оборудованы индивидуальными лифтами, предназначенными для подъёма мотоциклов наверх — в помещения лофтов. Подвальный этаж оборудован под парковку мотоциклов. После реконструкции здание представляет собой секционный жилой дом с лестничными клетками, обслуживающими по четыре квартиры. Конструктивная схема — неполный каркас: внешние несущие стены и внутренний несущие колонны так же, как и в предыдущих проектах позволяют придерживаться свободной планировки квартир с выгораживанием лишь санузлов.

Как видно из вышеописанных примеров архитекторы стремятся расположить в бывших производственных корпусах именно апартаменты. Причин этому несколько. Во-первых, использование такого типа жилья облегчает поиск проектных решений для корпусов практически любых объёмно-пространственны характеристик: позволяет игнорировать такие параметры, как инсоляция и глубина помещений.

Во-вторых юридически апартаменты считаются жильём временно го пребывания, в котором нельзя прописаться, поэтом; стоимость апартаментов на 15-20% ниже, чем стоимость обычных квартир. В целом таким образом инвестор несколько снижает риски, повышая экономическую; привлекательность жилья в бывших фабриках. Тем не менее, в Москве лофт считается жильём высокого класса, и их цена колеблется от $4 550 до $30 000; квадратный метр.

Все упомянутые московские проекты имеют яркую особенность: располагаясь в центре города, обеспечивают необходимую инфраструктуру для престижного жилья. В случае реконструкции не отдельных зданий, а территорий осуществлена комплексна) реконструкция. Только при комплексном подходе воз можно расположение внутри бывших промышленные зон жилья. Одна из главных причин — вывод производства за пределы участка и устранение санитарных зон.

Если в Москве рождается осознание высокой ценности лофтов, то в Петербурге реконструкция промышленности под жильё не развивается вовсе. Несмотря на огромные ресурсы. Согласно исследованиям компании PETERLAND (консалтинговая компания, работающая на рынках недвижимости Санкт-Петербурга и Ленинградской области), проведённым по ситуации на 2011 год, площадь промзон относительно общей площади Санкт-Петербурга в его административных границах (143,9 тыс.га) составляет 4%, относительно же главной части города (60,6 тыс.га без пригородов) -около 10%.

Возможная причина — довольно консервативная политика города и жителей в этом вопросе, а также несовершенство местного законодательства, риски, связанные с редевелопментом, отсутствие возможности вливания государственных инвестиций в проекты реконструкции.

Для Петербурга характерна практика реконструкции промышленных объектов под коммерческую недвижимость и так называемые креативные пространства — это путь наименьших по сравнению с жильём рисков и затрат. Районы, в которых расположены объекты под реконструкцию — промзоны, в некоторых цехах которых всё ещё функционирует производство. Реновация этих территорий под жильё возможна лишь при комплексном подходе, предусматривающем полное выведение производства и устранение санитарных зон. Таким образом, складывается ситуация, при которой жилой лофт в Петербурге практически не представлен. В основной массе это проекты, замороженные на стадии проектирования или интерьерные проекты. Последние характерны лишь стилизацией под бывшие фабрики, что, тем не менее, подтверждает факт интереса к данного рода эстетике.

В уже упомянутую группу зданий, требующих минимума модификаций, входят и бывшие казармы, перепрофилированные в промышленные объекты. В Петербурге к таким объектам относится проект жилого дома 2006 года, расположенного по адресу: Виленский пер., 15 (генпроектировщик — 000 «АМ Шендеровича»). Это один из немногих реализованных примеров реконструкции промышленных корпусов. Здание представляет собой тип промышленного объекта, перепрофилированного из бывших казарм: в 50-60-х годах XX века здесь располагался ЦНИИ материалов. Бывший завод расположен в Центральном районе Петербурга и входит в охранную зону центра города с уже сложившейся инфраструктурой. Рядовая периметральная застройка создаёт образ жилого квартала, характерного для Петербурга.

Объектом охраны КГИОП являются фасады и объёмно-планировочные структуры строения. Проект предусматривал надстройку корпусов двухуровневыми мансардами с отступом в два метра от лицевой части под уклоном 30 градусов: мансарда, таким образом, не выделялась, что сохраняло силуэт здания.

Изначальная функция комплекса, ещё до прихода сюда производства, — казармы. Этим можно объяснить сходство объёмно-пространственных характеристик корпусов со структурой жилого здания: внешние и внутренние поперечные несущие стены, шаг несущих конструкций от 5 до 7 м, высота этажа в свету 3,5 м, традиционное для жилья боковое остекление большой площади.

Проект предусматривал расположение квартир в лицевом флигеле. Его широтная ориентация определила двустороннюю ориентацию квартир для обеспечения необходимой инсоляции.

Петербург, равно как и Москва, обладает обширным фондом промышленных объектов, требующих реконструкции. Реконструкция под жильё широкого спектра бывших фабрик и заводов значительно расширит рынок недвижимости Петербурга и Москвы, и если Москва начинает осваивать свой промышленный потенциал, то Петербургу это лишь предстоит. Кроме этого обстоятельства некоторым образом снизятся темпы массового строительства, город перейдет от экстенсивного к интенсивному пути развития, снижая темпы разрастания своего контура, заполняя функционально пустые зоны и включая их в городскую структуру. Это позволит повысить плотность населения в этих зонах, а что особенно важно — в зонах транспортных узлов, зачастую находящихся в границах заброшенных территорий.

Реконструкция промышленных территорий — это сохранение туристические привлекательных объектов, вероятность вливания инвестиций. Среди объектов, расположенных в промышленных зонах, формирование которых относится к периоду индустриализации, зачастую можно встретить ценные объекты, в том числе имеющие юридически закрепленный статус памятника. По причине того, что эти объекты находятся под охраной государственных структур, снос их невозможен, так же как и возврат к первоначальной функции в связи с переходом к качественно новым принципам экономики и производства. Эти здания, наряду с корпусами, не имеющими законодательно закрепленного статуса памятника, обладают значительными архитектурными достоинствами: огромные окна, высокие этажи, экспрессивные интерьеры и экстерьеры. «Это те черты, которые так часто можно встретить в старых зданиях и так редко в современных».

Цель политики использования бывших промышленных территорий — правильный баланс между сохранением и модификацией: со слишком большими изменениями будет утерян городской характер, в то же время без изменений города будут переживать стагнацию. Идеальный баланс ведет к городскому разнообразию. Однако как уже было сказано выше: лишь комплексная реконструкция зон неиспользуемых промышленных зданий может решить вопросы функционально пустых зон. Районы, в которых расположены объекты под реконструкцию — промзоны, в некоторых цехах которых все еще функционирует производство. Реновация этих территорий под жилье возможна лишь при подходе, предусматривающем полное выведение производства и устранение санитарных зон.

14 реальных примеров реконструкции «пятиэтажек», которые стали достойной альтернативой сносу

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Москва

Пожалуй, больше всего споров по поводу «сносить – реконструировать» пятиэтажки разгорелось в Москве. Многие считают, что в современной столице не место домам из середины прошлого века. Но всё же положительный опыт реконструкции старых домов в столице есть. И нужно признать, что он не плох.

Читайте также:  Прекрасная смотровая площадка, расположенная ниже уровня воды, vocklabruck, австрия

Подмосковье

В Подмосковье реконструкции 5-этажек уделяют самое серьёзное внимание. Из заурядной «хрущёвки» получился красивый 8-этаным дом с просторными квартирами, с мансардой, лоджиями, лифтом. И при этом стоимость метра жилья в этом доме на треть дешевле, чем в панельной новостройке. Из сотни старых квартир получилось 120 новых, а их площадь увеличилась почти в 2 раза.

Как это происходило в Подмосковье? Вокруг здания сооружали новый фундамент и возводили на нём новый фасад. Затем убирали окна, двери и все перегородки бывшей 5-эиажки. Таким образом пространство переформатировали по-новому. Остались только перекрытия этажей. Всё, что осталось от старого здания, – низкие потолки, на высоту которых повлиять никак нельзя.

Калининградские «хрущёвки»

После реставрации сразу две «хрущёвки»-пятиэтажки в Калининграде стали знамениты на всю страну. Проект ремонта фасадов был разработал архитекторами Артуром Сарницем и Ильёй Киселевым. Здания облицевали керамической плиткой и кирпичом, кровлю укрыли металлочерепицей.

Новочеркасск

В Новочеркасске есть своя реконструированная 5-этажка с надстройкой. Жители этим домом вполне довольны, да и выглядит он свежо и современно.

Челябинск

В Челябинске пятиэтажки считаются хорошим жильем, и никто даже и не думает их сносить. Зато городские власти активно и весьма успешно занимаются их реконструкцией.

Томск

В Сибири при реконструкции 5-этажек особое внимание уделяют утеплению фасадов. И вот как это выглядит в результате.

Реконструкция 5-этажек по-белорусски

В Республике Беларусь разработано несколько направлений реконструкции жилья. Каждое из них позволяет улучшить не только внешний облик старых зданий, но и их потребительские качества. В ходе реконструкции увеличивается площадь квартир, расширяются балконы и лоджии, надстраиваются мансардные этажи.

Так выглядит самый ходовой вариант реконструкции белорусских пятиэтажек: утеплены стены, заменены окна, проведена модернизация инженерных систем, улучшена звукоизоляция.

Главное преимущество такой реконструкции заключается в том, что достаточно 1-2 недель, чтобы из старого дома сделать новый, и жильцов при этом выселять не требуется.

Реконструкция хрущёвок без выселения жильцов

Стоит сказать, что строительная отрасль не стоит на месте. Недавно появился самый высокий в мире модульный дом с комнатами, укомплектованными на заводе .

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Интерьер, стилизованный под квартиру начала ХХ века

Дом на Васильевском острове в Санкт–Петербурге, где находится эта квартира, — памятник архитектуры начала XX века. Это стало точкой отсчёта в авторской концепции пространства.

Текст: Юлия Сахарова

Фото: Дмитрий Цыренщиков

Владельцы этой элегантной квартиры — супружеская пара, взрослые люди, уже вырастившие детей (которые живут отдельно и иногда приезжают в гости). На момент покупки это была типичная петербургская коммуналка. Её достоинства были очевидны: много окон с видом на Большой проспект, два камина, великолепный эркер в одной из комнат, старинная лепнина. «Пришлось расчищать пространство старой коммуналки, — вспоминает автор проекта Татьяна Снежкина. — Мы убирали перегородки, выравнивали перепады уровней, возникшие в «коммунальную» эпоху, «раскрывали» заложенные проёмы».

Гостиная–столовая — светлое помещение с обилием окон. Рамы и подоконники — из светлого дерева, и это тоже часть концепции

Гостиная–столовая — светлое помещение с обилием окон. Рамы и подоконники — из светлого дерева, и это тоже часть концепции

Лаконизм стал объединяющим фактором для разных по времени и стилю предметов, вот почему современные вещи так хорошо вписались в концепцию дома с историей.

А история у дома и, шире, у этого места — богатая. Татьяна, приступая к работе над интерьером, изучила её в тонкостях. Она рассказала, что в начале XIX века участок между 19‑й и 20‑й линиями (где в настоящее время стоит дом) принадлежал переводчику Черевину. Здесь проводила собрания масонская ложа, участие в которой принимал вице–президент Академии художеств А.Ф. Лабзин. Позже, в 1911–1912 годах, на этом месте был возведён шести­этажный доходный дом в стиле модерн по проекту видного столичного зодчего А.Ф. Барановского.

Квартиры в доходных домах начала XX века имели характерную планировку, которую горожане метко прозвали «гребёнка»: длинный коридор и комнаты, ориентированные на одну сторону. Конструкции под потолком, похожие на балки, —это дымоходы

Квартиры в доходных домах начала XX века имели характерную планировку, которую горожане метко прозвали «гребёнка»: длинный коридор и комнаты, ориентированные на одну сторону. Конструкции под потолком, похожие на балки, —это дымоходы

В гостиной — старинная печь Ракколаниокского гончарного завода, бережно отреставрированная и работающая: в квартире сохранились дымоходы. (Завод был закрыт в 1930 году.) Исторический паркет был утрачен. Вместо него положили новый, классическую «ёлочку»

В гостиной — старинная печь Ракколаниокского гончарного завода, бережно отреставрированная и работающая: в квартире сохранились дымоходы. (Завод был закрыт в 1930 году.) Исторический паркет был утрачен. Вместо него положили новый, классическую «ёлочку»

В этой квартире две спальни—женская и мужская. Женскую спальню спроектировали в комнате с эркером, а в нём устроили зимний сад. Угловой эркер с башенкой — украшение дома, выполненного в сдержанной «петербургской» стилистике модерна (в отличие от более вычурных зданий в духе северного модерна, отмечает Татьяна Снежкина). Интерьер столь же сдержанный и элегантный: лаконичная лепнина, почти аскетичные переплёты остекления. Люстра и торшер в спальне хозяйки, Serge Mouille

В этой квартире две спальни—женская и мужская. Женскую спальню спроектировали в комнате с эркером, а в нём устроили зимний сад. Угловой эркер с башенкой — украшение дома, выполненного в сдержанной «петербургской» стилистике модерна (в отличие от более вычурных зданий в духе северного модерна, отмечает Татьяна Снежкина). Интерьер столь же сдержанный и элегантный: лаконичная лепнина, почти аскетичные переплёты остекления. Люстра и торшер в спальне хозяйки, Serge Mouille

Кухня — строгое, почти монохромное пространство. Это вид со стороны коридора. Напротив обеденного стола (справа за шкафом) — распашные двери, за которыми находится яркая бирюзовая гостиная–столовая

Кухня — строгое, почти монохромное пространство. Это вид со стороны коридора. Напротив обеденного стола (справа за шкафом) — распашные двери, за которыми находится яркая бирюзовая гостиная–столовая

Майкл Дуглас в роли девелопера, Кэтрин Зета-Джонс – декоратора. Любуемся средиземноморской виллой звёздной пары.

Проект Mountain House дизайнер Асель Баймахан создала с нуля, подчеркнув в архитектуре дома и в оформлении интерьера природный ландшафт и панорамные виды.

Сколько стоит яхта Абрамовича и почему он её продал? Что особенного в интерьерах яхт арабских шейхов? И почему Алишер Усманов называет все свои яхты одним именем?

Краткий обзор модных трендов, вдохновляющие фотографии и самые актуальные дизайн-советы.

Кухня в неоклассическом стиле отлично вписалась в контекст квартиры. Хотя сам дом в стиле модерн, ни хозяева, ни автор проекта не ставили задачи стилизации интерьера в соответствии с фасадом. Поэтому стиля модерфн в чистом виде мы здесь не найдём, но обнаружим интересные старинные вещи вроде этой печи. Она, к сожалению, не работает, однако «функционирует» по-другому — как предмет с историей и арт–объект

В гостиной — старинная печь Ракколаниокского гончарного завода, бережно отреставрированная и работающая: в квартире сохранились дымоходы. (Завод был закрыт в 1930 году.) Исторический паркет был утрачен. Вместо него положили новый, классическую «ёлочку»

В этой квартире две спальни — женская (вверху) и мужская (справа). Женскую спальню спроектировали в комнате с эркером, а в нём устроили зимний сад. Угловой эркер с башенкой — украшение дома, выполненного в сдержанной «петербургской» стилистикемодерна (в отличие от более вычурных зданий в духе северного модерна, отмечает Татьяна Снежкина). Интерьер столь же сдержанный и элегантный: лаконичная лепнина, почти аскетичные переплёты остекления. Люстра и торшер в спальне хозяйки, Serge Mouille

Гостиная–столовая — светлое помещение с обилием окон. Рамы и подоконники — из светлого дерева, и это тоже часть концепции

Ванная комната решена в сочетании молочно–белого и цвета венге. Белый цвет, стекло душевой перегородки и зеркало над раковиной визуально увеличивают небольшое помещение

Мужская спальня. Современные обои с геометрическим орнаментом оказались «к лицу» этим старинным стенам. Коллекция живописи и памятных вещиц — зримое напоминание о том, что история этой квартиры ещё пишется

Квартиры в доходных домах начала XX века имели характерную планировку, которую горожане метко прозвали «гребёнка»: длинный коридор и комнаты, ориентированные на одну сторону. Конструкции под потолком, похожие на балки, — это дымоходы. Пересекая коридор по горизонтали, в толще стены они меняют направление — идут вертикально. В советское время комнаты нарезали перегородками на узкие пеналы, а проёмы между смежными комнатами закрыли: типичная коммуналка. Так прошли десятилетия. Теперь же в результате реконструкции и реставрации этому пространству вернули прежнее достоинство парадной петербургской квартиры

Ссылка на основную публикацию