Ночевала тучка золотая на груди утеса — великана: потрясающий проект от durbach block, австралия

Ночевала тучка золотая.

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.
М.Ю.Лермонтов
____________

Тем вечером на улице почти никого не было. даже странно. было тепло, и мне захотелось прогуляться по пляжу. дул гостеприимный южный летний ветерок, в воздухе пахло морем.
я сел на самом берегу, близко-близко к воде. к ногам подбирались волны, их плеск успокаивал,убаюкивал. и я забылся.

. последний раз я был здесь с ней 10 лет назад. в наш прощальный вечер она привела меня сюда, к этому утесу, так похожему на лермонтовский утес, одинокий, печальный.
она сказала, что уезжает, что мы больше не увидимся, чтобы я не искал ни её, ни встречи с ней, пусть даже и случайной. более того, она заставила меня поклясться , что я её забуду. но разве её забудешь.
а теперь я здесь появляюсь каждый год. и утес этот мне стал родным.

. Её глаза такие бездонные, лазурью светятся, с вечным блеском любви к жизни. беспечный взгляд. черты лица утонченные, будто бы она богами создана, ангел во плоти.
ресницы длинные-длинные, я никогда не видел таких.
Губы бантиком, пухлые, алые, вечно сложены в легкую улыбку.
коже светлая, почти прозрачная. весь лик ее небесный.
я полюбил ее. влюбился ,как мальчишка, за те две недели, что мы были вместе.

Познакомились мы совершенно случайно,прямо в воде: она упала на меня со своего матраса. но вместо обычного “извините” она поразила меня своим звонким смехом, и я невольно улыбнулся в ответ на эту шалость юной красоты. конечно, потом она все-таки попросила прощения. я пригласил ее в кафе, а дальше все закрутилось, как это часто бывает.

ей было 19, а мне 27, но она не знала о нашей разнице в возрасте. не спрашивала, а я не говорил. Она проникла в мою душу, как будто луч света в темную и сырую пещеру. Я уже устал от жизни, а она только начинала жить.
Мы дни и ночи напролет проводили вместе.

Утром она будила меня ласковым шепотом и поцелуем в щеку. Голос у нее был бархатный, нежный. Когда она говорила, то мне казалось ,что я слышу трель стаи маленьких воробушек. я переставал замечать все, что происходило вокруг.
каждое утро мы отправлялись на пляж. плавали и загорали. она хотела загореть так, чтобы быть похожей на мулатку.
Ближе к полудню мы отправлялись на экскурсии. ей было все интересно, все она спешила познать. а мне бы..Мне просто хотелось остаться с нею наедине: чтобы она говорила, читала, пела и улыбалась, а я бы просто смотрел.
Ночью она ко мне прижималась словно кошка. И я любил ее. Гладил по длинным, до пояса, шелковистым золотистым волосам. Волосы у нее от природы были вьющиеся, что ее чрезвычайно раздражало.
Меня умиляло ее ворчание по поводу неудобства иметь кудряшки. Глупая! как она была прекрасна! мм!
Я ей говорил,что женюсь на ней. в ответ она лишь смеялась, говоря, что мы друг друга слишком мало знаем. я был уверен, что в конце концов она даст согласие, но.

. Но Две недели пролетели совершенно незаметно. Однако за этот небольшой период я пережил столько, сколько мне не удавалось пережить за всю свою жизнь, и вряд ли удастся впоследствии.
настала пора прощаться. в тот наш последний день она привела меня сюда,к этому утесу. она была грустна. а я и не знал, что она умеет. Обычно на ее лице мелькала улыбка.
Глаза влажные, вот-вот готова разрыдаться.

-Ты знаешь, сегодня вечером я уезжаю.-прошептала она почти беззвучно.

-куда?я поезду с тобой.я..-я было начал нетерпеливо.

-нет,не надо. ни к чему это.

-не перебивай!
Наш роман -курортный. ведь так называют то, что было между нами? короткий,незначительный роман. ты меня быстро забудешь, я тебя уверяю.-тихим голосом говорила она.

-незначительный? то, что было и есть между нами я называю ЛЮБОВЬЮ! я не забуду, не забуду тебя никогда, слышишь? я..ты все в моей душе с ног на голову перевернула, всю жизнь мое доныне никчемную изменила!-голос мой дрожал, почти срывался. я ,задыхаясь, произнес : “Я люблю тебя!Выходи за меня замуж!стань моей женой,частью моей!прошу тебя!!”

-я же тебе говорила уже не раз,что не выйду.-повысив голос, произнесла она.-пообещай мне,поклянись,что забудешь,не будешь меня искать.
Да,нам было хорошо. но это мимолетное счастье, оно, как бабочка, долго жить не может. мы были счастливы оттого, что на эти две недели забыли об ответственности, делах и прочей ерунде обыденных, мирских будней. под давлением обязанностей оно утратит свою прелесть и сделает нас несчастными. поэтому.

-Можешь не продолжать. я все понял.-сдерживая слезы,выпалил я.-уезжай.да,да!уезжай!

с минуту она стояла в ступоре,видимо,никак не ожидая такой реакции с моей стороны.

-ключи от номера у тебя есть.вернешься через пару часов,хорошо?меня там уже не будет.-вроде бы строго сказала она.

я лишь кивнул в ответ.

ушла от меня навсегда.

от безысходности я лишился сил и упал на песок.
Больше не было сил сдерживать рыдания. с по-звериному неестественно дикими криками я изрывал песок под собой.я бился, боролся и страдал, почувствовав.что нахожусь на грани жизни и смерти. душа моя, и без того покалеченная, потрепанная временем, погибала, покидала меня медленно,вселяя холодный ужас в мое бешено играющее марш уходящей любви,уходящего счастья сердце. Я думал, что меня разорвет на части-настолько сильной была боль. мне казалось, что сотни остро наточенных ножей и кинжалов вонзаются в мою грудь. я уже и не чувствовал своего дыхания. на мгновение я подумал, что умер-так пусто стало мне.

я и не помню, не знаю, сколько еще находился в таком состоянии на том песчанном берегу, но когда я очнулся и побрел в гостиницу по узким переулкам маленького городка, магазины, лавочки и кафешки были закрыты. персонал гостиницы спал.
я открыл дверь своего номера.пахло ею.пронзила сердце новая мысль, что это был не сон, что я потерял ее.навсегда. но уже не было сил думать, я рухнул на кровать и проснулся только ночью.

с тех пор я каждый год приезжаю в этот маленький уютный городок ,уже принявший меня таким вот душевным инвалидом. хожу по тем местам, куда ходили с нею мы. повторяю все маршруты.

но чаще всего я провожу время,сидя на том самом берегу,у того самого утеса, который когда-то давным-давно стал свидетелем моей гибели.

порой мне кажется ,что я сошел с ума.

что ж, любовь способна и не на такое.
_____________

Михаил Лермонтов

Утёс (Ночевала тучка золотая. )

История создания
Несмотря на то, что стихотворение “Утес” написано всего за несколько недель до трагической дуэли Лермонтова, в 1841 году, в нем нет и намека на предчувствие скорой смерти. Но история создания произведения все же тесно связана с его гибелью: поэт писал одухотворенные, наполненные романтической грустью строки как раз тогда, когда постоянно искал ссор с сослуживцами. Он как будто знал, что земная жизнь подходит к концу и хотел сам выбрать того, кто ее прервет.

Напечатал стихотворение журнал “Отечественные записки” – это произошло в 1843 году, то есть спустя два года после смерти его автора.

Тема
Михаил Юрьевич неоднократно поднимал в своей поэзии тему одиночества человека – ей посвящено и стихотворение “Утес”. Он говорит о том, что лишь на короткий миг можно встретить кого-то или что-то, что вызовет в душе трепет. Все остальное время человек вынужден проводить в “пустыне”: Лермонтов не случайно использует именно этот образ, ведь в романтической поэзии именно он символизирует глубокое одиночество.

Главная мысль, которую автор вкладывает в это небольшое произведение, заключается в том, что счастье человека всегда мимолетно.

Существует и еще одна трактовка этого произведения: считается, что поэт, используя пейзажные образы, рассказывает о взаимодействии духовного и материального миров. Так, для души, которую символизирует тучка, тело (то есть утес) является только временным пристанищем. А вот тело без души вечно страдает. Таким образом в материальном мире гармония достигается только при условии единства духовного и телесного начал.

Композиция
Это стих имеет линейную композицию: лирический герой в нем размышляет о смысле жизни, думая о природном явлении, которое, возможно, ему когда-то приходилось созерцать. Он ищет истинную одухотворенность именно в природе, поскольку люди, по мнению поэта, давно уже не способны на высокие чувства, на искренность и настоящую духовность.

В первой строфе Михаил Юрьевич рисует простую картину: золотая тучка опускается на грудь утеса, чтобы отдохнуть там, а утром снова умчаться в путь. Ее беззаботность подчеркивается тем, что она улетает, играя. Вторая строфа метафорически выражает мысль, которую Лермонтов хочет донести до читателя: он показывает старый утес, который понял, что значит – быть не одному, но потом лишился этого чувства. Он так потрясен, что это вызывает у него не только глубокую задумчивость, но и настоящие слезы. Это тем более печально, что тело утеса еще хранит влажный след, который напоминает ему о ночном визите тучки.

Жанр
Стихотворение “Утес” относится к жанру пейзажно-философской лирики: в нем автор рисует пейзаж, но это только первая часть произведения, которую воспринимает читатель. С помощью природных явлений и их взаимодействия Лермонтов показывает людей, а также духовным мир. Созданное им произведение действительно многогранно и несет в себе несколько смыслов.

Для их выражения автор выбирает такой стихотворный размер, как пятистопный хорей. Опоясывающая рифмовка поддерживает законченность мысли в каждой строфе.
Средства выразительности

Несмотря на то, что это достаточно небольшое по объему произведение, автор насыщает его разнообразными тропами, используя:

Эпитеты – “”тучка золотая”, “влажный след”, “старый утес””.
Олицетворения –””ночевала тучка”, “тучка умчалась”, “утес задумался и плачет””.
Метафоры –””грудь утеса”, “по лазури весело играя”, “морщина утеса””.

Они не только делают стихотворение выразительным, но и помогают поэту показать свой внутренний мир, рассказать о своих взглядах посредством художественных образов.

Кроме того, Лермонтов использует аллитерацию и ассонанс для того, чтобы сделать “Утес” более плавным по звучанию.Так он показывает важность жизни в гармонии с миром и в ладу с собой, в которой сам всегда стремился, но так и не достиг.

Анализ стихотворения Лермонтова «Утес» (2)

Стихотворение «Утес» было написано Михаилом Лермонтовым в 1841 году, за несколько недель до трагической гибели. Библиографы поэта убеждены, что он предчувствовал свою смерть и, более того, искал ее, умышленно затевая ссоры с сослуживцами и провоцируя дуэли. Тем не менее, в стихотворении «Утес» нет ни одного намека на то, что Лермонтов знает о том, что его земной путь подходит к концу. Это произведение наполнено романтикой и одухотворенностью, которыми автор нередко наделял живую природу, справедливо полагая, что люди давно уже разучились испытывать высокие и благородные чувства.

Читайте также:  Стоит ли покупать iPhone 5s?

В два коротких четверостишья Михаил Лермонтов смог не только уместить очаровательную зарисовку южного пейзажа, но и вложить в свое произведение глубокий жизненный смысл. Тучи во все времена отождествлялись в религии и мифологии с чем-то неземным и божественным, их природа, долгое время остававшаяся для людей загадкой, внушала им благоговейный трепет. Утес же в данном конкретном случае символизирует нечто мирское и обыденное, не вызывающее удивление либо желания преклоняться перед тем, что можно осязать. Таким образом, в стихотворении «Утес» пересекаются духовное и материальное начала. Однако союз тучки и утеса является мимолетным и случайным. В этом Михаил Лермонтов видит нашу повседневность, в которой люди задумываются о собственной душе гораздо реже, чем беспокоятся о теле. Однако автор подчеркивает, что истинная гармония мира основана на объединении этих двух начал. Душа без тела, по его мнению, может великолепно существовать и, как тучка, которая «утром в путь умчалась рано», возвращается в иной мир, не испытывая боли и страданий. В то же время тело без души обречено если и не на гибель, то на вечные муки. Оно подобно утесу, который «одиноко стоит, задумался глубоко, и тихонько плачет в пустыне». Эпитеты, которыми автор награждает главных героев стихотворения, призваны подчеркнуть контраст между миром духовного имматериального. Легкую и невесомую тучку Михаил Лермонтов именует «золотой». Утес же предстает перед читателями старым, морщинистым и уставшим от жизни, которая давно перестала приносить ему радость.

Некоторые исследователи творчества Михаила Лермонтова придерживаются иной трактовки стихотворения «Утес», считая, что оно посвящено не единству двух начал, а человеческим взаимоотношениям. Так, «тучка золотая» олицетворяет ветреную красавицу, полную жизни, сил и счастья. А утес выступает в роли солидного и умудренного опытом пожилого господина, который считает, что все прелести жизни лично для него уже остались в прошлом. Он вполне годится на роль отца таинственной незнакомки или же ее случайного знакомого, для которого общение с девушкой неожиданно оказывается весьма приятным. Но вот красавица упорхнула, предпочтя его обществу компанию небесной «лазури» или, попросту говоря, своих подружек. И пожилой мужчина еще отчетливее ощущает свое одиночество, понимая, что среди веселой молодежи он выглядит незваным гостем на чужом празднике жизни. Осознание этого вызывает у него чувство жалости к самому себе, глубокую печаль и ощущение беспомощности. Не исключено, что в образе пожилого господина-утеса Михаил Лермонтов изобразил самого себя. Несмотря на молодость (на момент гибели поэту исполнилось всего 28 лет), в душе он чувствовал себя глубоким стариком. Страдания, связанные с невозможностью реализовать себя в мире, который соткан из противоречий, заставили Михаила Лермонтова фактически поставить крест на собственной жизни. И, наблюдая за тем, как другие люди, немногим моложе его, могут позволить себе роскошь быть по-настоящему счастливыми, поэту лишь оставалось смириться с собственной участью и признать, что он обречен на вечное одиночество и непонимание.

Ночевала тучка золотая (3 стр.)

Хотя ослепшим от копоти, оглохшим от земли, от пота, от надрыва нашим братьям слышалось в каждом звуке одно: “Хлеб. Хлеб…” В такие минуты братья не роют, не дураки, небось. Направляясь мимо железных дверей, в сарай, лишнюю петлю сделают, чтобы знать, что пудовый тот замочек на месте: его за версту видать!

Только потом уже лезут этот чертов фундамент крушить.

Вот строили в древние времена, небось, и не подозревали, что кто-то их за крепость крепким словцом приложит.

Как доберутся Кузьмеиыши, как откроется их очарованным глазам вся хлеборезка в тусклом вечернем свете, считай, что ты уже в раю и есть.

Тогда… Знали братья твердо, что случится тогда.

В две головы продумано, небось, не в одну.

Бухарик, но один, они съедят на месте. Чтобы не вывернуло животы от такого богатства. А еще два бухарика заберут с собой и надежно припрячут. Это они умеют. Всего три бухарика, значит. Остальное, хоть зудится, трогать не моги. Иначе озверелые пацаны дом разнесут.

А три бухарика – это то, что, по подсчетам Кольки, у них все равно крадут каждый день.

Часть для дурака повара, о том, что он дурак и в дурдоме сидел, все знают. Но жрет вполне как нормальный. Еще часть воруют хлеборезчики и те шакалы, которые около хлеборезчиков шестерят. А самую главную часть берут для директора, для его семьи и его собак.

Но около директора не только собаки, не только скотина кормится, там и родственников и приживальщиков понапихано. И всем им от детдома таскают, таскают, таскают… Детдомовцы сами и таскают. Но те, кто таскает, свои крохи от таскания имеют.

Кузьменыши точно рассчитали, что от пропажи трех бухариков шум по детдому поднимать не станут. Себя не обидят, других обделят. Только и всего.

Кому надо то, чтобы комиссии от роно поперли (А их тоже корми! У них рот большой!), чтобы стали выяснять, отчего крадут, да отчего недоедают от своего положенного детдомовцы, и отчего директорские звери-собаки вымахали ростом с телят.

Но Сашка только вздохнул, посмотрев в сторону, куда указывал Колькин кулак.

– Не-е… – произнес он задумчиво. – Все одно интересно. Горы интересно посмотреть. Они небось выше нашего дома торчат? А?

– Ну и что? – опять спросил Колька, ему очень хотелось есть. Не до гор тут, какие бы они ни были. Ему казалось, что через землю он слышит запах свежего хлеба.

– Сегодня стишки учили, – вспомнил Сашка, которому пришлось отсиживать в школе за двоих. – Михаил Лермонтов, “Утес” называется.

Сашка не помнил все наизусть, хоть стихи были короткие. Не то что “Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова”… Уф! Одно название полкилометра длиной! Не говоря о самих стихах!

А из “Утеса” всего две строчки Сашка запомнил.

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана…

– Про Кавказ, что ли? – скучно поинтересовался Колька.

– Если он такой же дурной, как этот… – И Колька сунул кулаком опять в фундамент. – Утес твой!

Сашка замолчал, раздумывая.

Он уже давно не о стихах думал. В стихах он ничего не понимал, да и понимать в них особенно нечего. Если на сытый желудок читать, может, толк и будет. Вон лохматая в хоре их мучает, а если бы без обеда не оставляли, они все давно бы из хора пятки намылили. Нужны им эти песни, стихи… Поешь ли, читаешь, все одно о жратве думаешь. Голодной куме все куры на уме!

– Ну и чего? – вдруг спросил Колька.

– Чево-чево? – повторил за ним Сашка.

– Чево он там, утес-то? Развалился аль нет?

– Не знаю, – сказал как-то по-глупому Сашка.

– Как не знаешь? А стихи?

– Чего стихи… Ну, там, эта… Как ее… Туча, значит, уперлась в утес…

– Как мы в фундамент?

– Ну, покемарила… улетела…

– Ни фига себе сочиняют! То про цыпленка, то про тучу…

– А я-то при чем! – разозлился теперь Сашка. – Я тебе сочинитель, что ли? – Но разозлился не сильно. Да и сам виноват: размечтался, не слышал объяснения учительницы.

Он вдруг на уроке представил себе Кавказ, где все не так, как в их протухшем Томилине.

Горы, размером с их детдом, а между ними повсюду хлеборезки натыканы. И ни одна не заперта. И копать не надо, зашел, сам себе свешал, сам себе и поел. Вышел, а тут другая хлеборезка, и опять без замка. А люди все в черкесках, усатые, веселые такие. Смотрят они, как Сашка наслаждается едой, улыбаются, рукой по плечу бьют:

“Якши”, – говорят. Или еще как! А смысл один: “Ешь, мол, больше, у нас хлеборезок много!”

Было лето. Зеленела травка на дворе. Никто не провожал Кузьменышей, кроме воспитательницы Анны Михайловны, которая небось тоже не об их отъезде думала, глядя куда-то поверх голов холодными голубыми глазами.

Все произошло неожиданно. Намечалось из детдома отправить двоих, постарше, самых блатяг, но они тут же отвалили, как говорят, растворились в пространстве, а Кузьменыши, наоборот, сказали, что им хочется на Кавказ.

Документы переписали. Никто не поинтересовался – отчего они вдруг решили ехать, какая такая нужда гонит наших братьев в дальний край. Лишь воспитанники из младшей группы приходили на них посмотреть. Вставали у дверей и, указывая на них пальцем, произносили: “Эти!” И после паузы: “На Кавказ!” Причина же отъезда была основательная, слава богу, о ней никто не догадывался.

За неделю до всех этих событий неожиданно рухнул подкоп под хлеборезку. Провалился на самом видном месте. А с ним и рухнули надежды Кузьменышей на другую, лучшую жизнь.

Уходили вечером, вроде все нормально было, уже и стену кончали, оставалось пол вскрыть.

А утром выскочили из дома: директор и вся кухня в сборе, пялят глаза: что за чудо, земля осела под стеной хлеборезки.

И – догадались: мама родная. Да ведь это же подкоп!

Под их кухню, под их хлеборезку подкоп!

Такого еще в детдоме не знали.

Начали тягать воспитанников к директору. Пока по старшим прошлись, на младших и думать не могли.

Военных саперов вызвали для консультации. Возможно ли, спрашивали, чтобы дети такое сами прорыли?

Те осмотрели подкоп, от сарая до хлеборезки прошли и внутрь, там где не обвалено, залезали. Отряхиваясь от желтого песка, руками развели: “Невозможно, без техники, без специальной подготовки никак невозможно такое метро прорыть. Тут опытному солдату на месяц работы, если, скажем, с шанцевым инструментом, да вспомогательными средствами… А дети… Да мы бы к себе таких детей взяли, если бы взаправду они такие чудеса творить умели”.

– Они у меня еще те чудотворцы! – сказал хмуро директор. – Но я этого кудесника-творца разыщу!

Братья стояли тут же, среди других воспитанников. Каждый из них знал, о чем думает другой.

Оба Кузьменыша думали, что концы-то, если начнут допытываться, приведут неминуемо к ним. Не они ли шлялись тут все время; не они ли отсутствовали, когда другие торчали в спальне у печки?

Глаз кругом много! Один недоглядел и второй, а третий увидел.

И потом, в подкопе в тот вечер оставили они свой светильник и, главное, школьную сумочку Сашки, в которой землю таскали в лес.

Дохленькая сумочка, но ведь как ее найдут, так и капут братьям! Все равно удирать придется. Не лучше ли самим, да спокойненько, на неведомый Кавказ отчалить? Тем паче – и два места освободилось.

Конечно, Кузьменышам не было известно, что где-то в областных организациях в светлую минуту возникла эта идея о разгрузке подмосковных детдомов, коих было к весне сорок четвертого года по области сотни. Это не считая беспризорных, которые жили где придется и как придется.

А тут одним махом с освобождением зажиточных земель Кавказа от врага выходило решить все вопросы: лишние рты спровадить, с преступностью расправиться да и вроде благое дело для ребятишек сделать.

Читайте также:  Элегантная белая резиденция casa 212 в долине сосен от архитектора alfonso reina, пальма-де-майорка

И для Кавказа, само собой.

Ребятам так и сказали: хотите, мол, нажраться, поезжайте. Там все есть. И хлеб там есть. И картошка. И даже фрукты, о существовании которых наши шакалы и не подозревают.

Сашка тогда сказал брату: “Хочу фруктов… Вот тех, о которых этот… Который приезжал, говорил”.

На что Колька отвечал, что фрукт это и есть картошка, и он точно знает. А еще фрукт – это директор. Своими ушами Колька слышал, как один из саперов, уходя, произнес негромко, указывая на директора: “Тоже фрукт… От войны за детишками спасается!”

– Картошки наедимся! – сказал Сашка.

А Колька тут же ответил, что, когда шакалов привезут в такой богатый край, где все есть, он сразу бедным станет. Вон, читал в книжке, что саранча куда меньше размером детдомовца, а когда кучей прет, после нее голое место остается. А живот у нее не как у нашего брата, она небось все подряд жрать не станет. Ей те самые непонятные фрукты подавай. А мы так и ботву, и листики, и цветочки сожрем…

Но ехать Колька все-таки согласился.

Два месяца тянули, пока отправили.

В день отъезда привели их к хлеборезке, не дальше порога, конечно. Выдали по пайке хлеба. Но наперед не дали. Жирные будете, мол, к хлебу едете, да хлеба им давать!

Братья выходили из дверей и на яму под стеной, ту, что осталась от обвала, старались не смотреть.

Хоть притягивала их эта яма.

Делая вид, что не знают ничего, мысленно простились они и с сумочкой, и со светильником, и со всем своим родным подкопом, в котором столько было ими прожито при коптилке длинных вечеров среди зимы.

С паечками в карманах, прижимая их рукой, прошли братья к директору, так им велели.

СПАДИЛО.РУ

Стихотворение

Краткое содержание

Тучка проводила ночь на большом утесе. Ранним утром она оставила место своего ночлега и улетела прочь. По дороге она весело играла в небесной лазури. Но тучка оставила после себя влажный след на утесе. Он отпечатался в морщине великана. Утес остался один. Он не имел возможности отправиться вслед за тучкой. Утес глубоко задумался над всем этим. А потом тихо плакал в пустыне.

История создания

Произведение «Утес» было создано М. Ю. Лермонтовым в апреле 1841 г. Впервые опубликовано стихотворение было уже после трагической смерти поэта в журнале «Отечественные записки» (1843 г.).

Для позднего периода творчества Лермонтова характерно обострение чувства неприятия окружающей действительности. Непосредственным подовом для этого стало резкое стихотворение поэта на смерть Пушкина и последующая за ним ссылка на Кавказ. Против неслыханной дерзости ополчилось практически все высшее общество. Твердую гражданскую позицию Лермонтова поддерживал лишь ограниченный круг близких друзей.

Первая ссылка продолжалась всего лишь несколько месяцев. Лермонтов вернулся в Петербург, вдохновленный массой новых впечатлений. Окунувшись в шумную светскую жизнь, поэт смог ненадолго отвлечься от своих печальных размышлений.

В начале 1840 г. состоялась дуэль Лермонтова с французским послом Эрнестом де Барантом. Поединок закончился примирением, но о нем стало известно властям. Наказание было несправедливым: французу посоветовали срочно уехать из России, а Лермонтова вновь сослали на Кавказ, только на этот раз на самый «горячий» участок.

Непокорный поэт принимал участие в боевых действиях, проявляя доблесть и мужество. Командование неоднократно представляло Лермонтова к наградам, но император собственноручно вычеркивал его имя из списка. Естественно, этот факт тяжело воспринимался поэтом.

Зимой 1840-1841 гг. Лермонтов, получив двухмесячный отпуск, в последний раз посетил Петербург. Он хотел выйти в отставку и полностью посвятить свою жизнь литературной деятельности. Однако отставка не была принята. Весной Лермонтов отправляется обратно на Кавказ и пишет в пути стихотворение «Утес».

Жанр произведения

Жанр произведения — пейзажно-философская лирика.

Главная тема — одиночество.

Три центральных образа (утес, тучка, пустыня) раскрывают трагическое мировосприятие автора. «Старый утес» олицетворяет собой самого поэта. «Великан» очень одинок. Его стойкость и несокрушимость оказываются совершенно бесполезными и никому не нужными качествами. Печальному исполину остается лишь размышлять и оплакивать свою долю посреди безжизненной пустыни, которая символизирует собой равнодушное общество.

Веселая «тучка золотая» — редкая гостья для утеса, позволяющая ему ненадолго отвлечься от своих тяжелый мыслей. Этот образ может быть истолкован двояко. С одной стороны, тучка символизирует веселую и беззаботную столичную жизнь, с которой Лермонтова «разлучили» уже дважды. Также этот символ может быть связан с какой-либо из любимых Лермонтовых женщин. Поэту не везло в личной жизни. Все его романы так и не привели к прочному семейному счастью, оставляя лишь «влажный след в морщине».

Размер и композиция

Стихотворение состоит из двух строф: первая посвящена недолгому счастью утеса, вторая — продолжению его вечных страданий. Размер произведения — пятистопный хорей с опоясывающей рифмовкой.

Художественные средства

В основе стихотворения лежит противопоставление, выраженное с помощью эпитетов («тучка золотая» — «старый утес») и олицетворений («умчалась», «играя» — «стоит», «задумался», «плачет»).

Автор проводит прямые параллели между человеком и природой («влажный след в морщине» — слезы, «в пустыне» — в одиночестве).

Основная идея произведения

В «Утесе» отчетливо проявляются пессимистические взгляды Лермонтова последних месяцев жизни. 27-летний поэт находился в состоянии огромного разочарования. Как считали многие современники, он сам искал смерти. Представив себя в образе погруженного в раздумья плачущего утеса, Лермонтов словно бы отрезает для себя пути возвращения к живой действительности.

иллюстрация к стиху утес лермонтова

Добро пожаловать на наш сайт ZmeinoGorsk-Ru$

Здесь вы можете найти много видеороликов. Вы пришли к нам в поисках полезной информации (видео) по теме: иллюстрация к стиху утес лермонтова.

На сайте, автоматически производится сборка самой новой и актуальный информации, которая соответствует Вашим релевантным запросам. Информация становится доступной Вам при помощи функции . На сайте Вы сможете найти много уникального контента! Целью публикаций данных подборок на сайте ZmeinoGorsk.RU Град обреченный (он же Змеиногорск или Zmeinogorsk) является обсуждение информации без каких-либо личностных предубеждений!

М.Ю. Лермонтов “Утес”

Владислав Кешишев, к 200 летию со дня рождения М.Ю.Лермонтова.

М.Ю. Лермонтов ” Утес ” | Учи стихи легко | Караоке | Аудио Стихи Слушать Онлайн

Дружище специально для тебя мы делаем этот проект, чтобы тебе было удобно учить стихи! Будем рады отзывам.

М.Лермонтов – Утес (Стих и Я)

Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано, По лазури весело играя; Но.

Михаил Лермонтов. Утес

Читает Андрей Смирнов. Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано, По.

М. Лермонтов — «Утес»

Михаил Лермонтов — «Утес» Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано.

Михаил Лермонтов – “Утес “

Читает: Андрей Смирнов Межпрограммный поэтический проект (Телеканал “Культура”) Режиссер: Николай Неклюдов.

“Ночевала тучка золотая”. М.Ю.Лермонтов.

Исполняет Олег Погудин.

М.Ю. Лермонтов, “Утес”

ЛИТ № 1533. Проект по литературе.

Михаил Лермонтов “Утёс”

Михаил Лермонтов “Утёс” Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано.

Стихи М. Ю. Лермонтова, положенные на его картины и рисунки. Видеомонтаж

По дороге на Кавказ, на перевале, у Лермонтова украли чемоданы с рукописями. .

Похожее

Владислав Кешишев, к 200 летию со дня рождения М.Ю.Лермонтова.

Читает Андрей Смирнов. Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано, По.

Дружище специально для тебя мы делаем этот проект, чтобы тебе было удобно учить стихи! Будем рады отзывам.

Читает: Андрей Смирнов Межпрограммный поэтический проект (Телеканал “Культура”) Режиссер: Николай Неклюдов.

Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано, По лазури весело играя; Но.

По дороге на Кавказ, на перевале, у Лермонтова украли чемоданы с рукописями. .

Михаил Лермонтов — «Утес» Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано.

Михаил Лермонтов “Утёс” Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана; Утром в путь она умчалась рано.

Ночевала тучка золотая На груди утёса – великана, Утром в путь она умчалась рано, По лазури, весело играя.

Страна читающая — Ева Попова читает произведение «Утёс (Ночевала тучка золотая…)» М. Ю. Лермонтова.

Поделиться ссылкой:

Разместить объявление бесплатно! [Добавить на Сайт!]

Мысль на память: Счастлив не тот который Все имеет, а тот который берет Все из того что имеет.

Если хотите просто помочь мне делать, то что я делаю – лишние слова не нужны Ваш благородный поступок мецената оставит неизгладимый след в моей душе, и при желании, Ваш творческий псевдоним будет увековечен на Если вы сумели дочитать до этого места, не поленитесь, пожалуйста, нажать на рекламу – это стимул дальше работать над сайтом!

Выбор Ольги Федяниной

Программа «Золотой маски» в этом году настолько обширна, что первые показы начались уже в январе. В программе конкурса, отобранной двумя экспертными советами, более полусотни спектаклей, кроме того, есть и несколько самостоятельных программ вне конкурса. Из тенденций этого года стоит отметить явное увеличение доли современного танца в музыкальной программе и столь же явное появление в основных номинациях постановок, которые еще год назад эксперты сочли бы «неформатом». Как к этому отнесется жюри, станет известно 15 апреля на церемонии награждения. А пока Weekend выбрал из афиши «Золотой маски» 20 названий, которые не стоит пропускать

спектакль

Барокко Режиссер Кирилл Серебренников
«Гоголь-центр», Москва

Фото: Ира Полярная

Спектакль о красоте бунта и о бунте против красоты — Серебренников соединяет эпизоды из истории всемирного протестного движения 1960-х с барочными ариями, доказывая и показывая, что протест и музыка, политика и искусство живут одним и тем же огнем, одной и той же страстью. Историю о свободе искусства режиссер поставил еще в условиях домашнего ареста, то есть будучи практически одним из персонажей своего собственного спектакля.

«Гоголь-центр», 27, 28 февраля, 20.00

опера

Три сестры Режиссер Кристофер Олден
«Урал Опера Балет», Екатеринбург

Фото: Elena Lekhova

Российская премьера оперы венгерского композитора Петера Этвёша в Екатеринбурге — едва ли не главное событие прошлого музыкального сезона. Написанных в 1997 году «Трех сестер» иногда называют последней великой оперой ХХ века, за прошедшие 23 года ее поставили более 20 раз — рекорд для современной академической музыки. Концептуальная опера не следует за действием чеховской пьесы, а показывает ее последовательно глазами трех героев — Андрея, Ирины и Маши. Режиссер-постановщик Кристофер Олден поместил три этих ракурса в три разные эпохи — начало ХХ века, 1960-е и наши дни.

Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, 3 марта, 19.00

опера

Путешествие в Реймс Режиссер Дамиано Микьелетто
Большой театр, Москва

Фото: Дамир Юсупов

Опера Россини, написанная по вполне официозному придворному поводу — коронация Карла Х,— нежданно-негаданно приобрела чрезвычайную актуальность, совершенно не предусмотренную оригиналом. Аристократы из нескольких европейских стран встречаются в отеле «Золотая лилия» по дороге на коронацию, запутываются в своих нелепых взаимоотношениях, до церемонии так и не доезжают, но все равно славят гимнами нового монарха. Простодушно и верноподданнически задуманная история в современном геополитическом контексте почти автоматически превращается в сатирическую двусмысленность, а режиссер Дамиано Микьелетто и маэстро Туган Сохиев это обстоятельство очень остроумно обыгрывают.

Большой театр, 3, 4 марта, 19.00

спектакль

Исследование ужаса Режиссер Борис Павлович
Фонд Alma Mater, проект «Квартира», Санкт-Петербург

Фото: Vladimir Averin

Название спектакля взято из трактата писателя-обэриута Леонида Липавского, а прототипы персонажей – Хармс, Введенский, Олейников, Заболоцкий и другие — из его же книги «Разговоры». Питерские обэриуты в сегодняшней своей инкарнации расселяются в большой коммунальной квартире и ведут там эксцентричные разговоры о жизни и искусстве — зритель может стать участником этих разговоров, а может просто гулять по квартире, изучая ее устройство как своего рода обитаемую инсталляцию. Постановка Павловича — наглядное свидетельство того, как быстро и легко меняется представление о границах нормы в театре: еще года два назад она могла бы попасть только в «неформатную» номинацию «Эксперимент», а сегодня уже никого не удивляет во вполне традиционной категории «спектакль малой формы».

Фонд «Новый мир», 14, 15 марта, 19.00

спектакль

Иранская конференция Режиссер Виктор Рыжаков
Театр наций, Москва

Фото: Ира Полярная

Драматург Иван Вырыпаев написал пьесу о том, как люди пытаются решать мировые проблемы, будучи не в состоянии решить ни одной проблемы личной. До собственно Ирана в этом спектакле дело так и не дойдет — каждый герой так и останется в кругу собственных забот и страхов. Двенадцать монологов, двенадцать замечательных актеров, в том числе Чулпан Хаматова, Евгений Миронов, Вениамин Смехов, Игорь Гордин, Ксения Раппопорт.

Театр наций, 16, 30 марта, 19.00

спектакль

Ревизор Режиссер Петр Шерешевский
Театр драмы им. А.С. Пушкина, Псков

Фото: Andrei Koksharov

То самое «осовременивание» классики, на которое почему-то до сих пор обижаются некоторые театралы. Но что поделаешь, если типажи Гоголя до сих пор ни на йоту не устарели. В версии Петра Шерешевского уездный город и его «лучшие люди» живут абсолютно узнаваемыми, сегодняшними проблемами и страстями — главный в этом очень красивом и очень злом спектакле не Хлестаков, а Городничий, бывший хороший деловой человек, превратившийся в отца города и готовый заплатить за власть любую цену. Текст Гоголя при этом остался в неприкосновенности, возможно, это утешит любителей театра «как у автора».

МТЮЗ, 25 марта, 19.00

оперный вербатим

ГЭС-2 Опера Режиссер Всеволод Лисовский
Фонд V-A-C, Москва

Фото: пресс-служба фестиваля “Золотая Маска”

В постиндустриальную эпоху искусство обживает индустриальные пространства и заодно создает новые форматы — то, что у нас пока еще считается экспериментом, на Западе давно уже тренд. Режиссер Всеволод Лисовский, композитор Дмитрий Власик и поэт Андрей Родионов «освоили» выведенную из эксплуатации московскую электростанцию на Болотной набережной, превратив ее в лабораторию оперного вербатима и отправив зрителей в путешествие по музею-храму-мавзолею советской индустриализации. В основе этого вербатима — реальные монологи бригадира энергетиков Ильи Власова, который работал на ГЭС-2 до самого ее закрытия.

Лабораторный корпус НИУ МЭИ, 28, 29 марта, 19.00

современный танец

Камни со дна реки Режиссер и хореограф Анна Озерская
Танцевальная компания «Воздух», Краснодар

Фото: Elena Sineok

В афише «Маски» этого года наконец-то стало заметно то, чего давно ожидали: современного танца становится больше и он становится интереснее. Взаимоотношения с человеческим телом, с телесностью как таковой для сегодняшнего театра — главная тема. В постановке Анны Озерской встречаются тела и камни, а драматургия ее рождается из того, как одушевленная и неодушевленная материи соревнуются в пластичности и выразительности.

Центр им. Вс. Мейерхольда, 31 марта, 20.00

балет

Баядерка Балетмейстер-постановщик Алексей Мирошниченко
Театр оперы и балета им. П.И. Чайковского, Пермь

Фото: Anton Zavialov

Историческая реконструкция — это сегодня в театре один из способов быть актуальным. Проблема в том, что способ этот едва ли не самый трудоемкий: настоящее качественное путешествие во времени требует огромных архивно-академических раскопок, анализа, постановочной тщательности. Алексей Мирошниченко такое путешествие проделал, создавая свою редакцию шедевра Мариуса Петипа. В основе его редакции в результате оказалась версия 1941 года, созданная Владимиром Пономаревым и Вахтангом Чабукиани, а в истории любви и ревности зазвучали неожиданно современные мотивы гендерных войн.

Большой театр, 1 апреля, 19.00

спектакль

Аустерлиц Режиссер Евгения Сафонова
Большой драматический театр им. Г.А. Товстоногова, Санкт-Петербург

Фото: Anastasia Blur

Аустерлиц в данном случае — это не географическое название, а фамилия. Евгения Сафонова первой в России создала сценическую версию одноименного романа Винфрида Георга Зебальда. Жак Аустерлиц, человек, понявший, что всю жизнь прожил с фальшивой биографией, отправляется в путешествие по Европе — в поисках биографии настоящей. В спектакле текст романа отдан четырем актерам, а их игра дополнена архивными материалами, документами, фотографиями — получается своего рода вербатим наоборот: не документальная речь становится произведением искусства, а художественный текст приобретает документальный характер.

«Гоголь-центр», 1 апреля, 20.00

современный танец

Лилит Режиссер и хореограф Анна Щеклеина
Танцевальный проект «Солянка», Киров

Фото: Bulat Rahimov

Моноспектакль танцовщицы Полины Глухих посвящен первой женщине на земле — ну и тем самым, разумеется, женщине как таковой. Хореограф-постановщик Анна Щеклеина призывает рассматривать постановку не как «феминистский манифест», а как исследование женской природы, но сегодня первое неразрывно связано со вторым. Кстати, нельзя не обратить внимания на то, что в современном танце очень последовательно развиваются темы физической свободы и отказа от обязательных стереотипов мужского-женского — а среди успешных хореографов современного танца очень много хореографов-женщин.

Центр им. Вс. Мейерхольда, 2 апреля, 20.00

спектакль

Дети солнца Режиссер Тимофей Кулябин
Театр «Красный факел», Новосибирск

Фото: пресс-служба фестиваля “Золотая Маска”

Камерная версия многолюдной пьесы Горького с современным вариантом наступления новой эры — не социальная, а технологическая революция стоит на пороге дома Протасовых, вернее, на пороге университетского общежития в американском кампусе. Никаких бунтующих народных масс — просто время «выходит из берегов» в канун миллениума. Одна эпоха устала и уходит, другая наступает, а герои так стремятся в будущее, что не успевают заметить, как разрушаются их судьбы. Тимофей Кулябин, кстати, в этом году попал в обе главные режиссерские номинации — драматическую и оперную: в музыкальном конкурсе участвует его «Русалка», поставленная в Большом театре.

Театр наций, 2, 3 апреля, 20.00

перформанс

Пожалуйста, дальше (Гамлет) Режиссер Ян Дейвендак
Компания Яна Дейвендака Dreams Come True, Женева, фестиваль «Точка доступа», Санкт-Петербург

Фото: Polina Nazarova

Шекспировский «Гамлет» превратится в судебный процесс — с настоящими юристами, присяжными, свидетелями обвинения и защиты. Гамлет перед российским судом — что ему можно вменить? Убийство Полония, доведение до самоубийства Офелии, что-то еще? Есть смягчающие, есть отягощающие обстоятельства. На каждом показе приговор может выглядеть иначе. В Европе этот перформанс разыгрывается в настоящих залах суда, у нас, к сожалению, правосудие пока к театру относится не так снисходительно, поэтому придется удовлетвориться кинопавильоном.

Киностудия «Амедиа», павильон 4, 4, 5 апреля, 14.00

опера

Влюбленный дьявол Режиссер Александр Титель
Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, Москва

Фото: Oleg Chernous

Уникальный случай: на «Золотую маску» номинирована партитура тридцатилетней давности. Единственную оперу композитора Александра Вустина, законченную в 1989 году, до сих пор ни разу не ставили: мировая премьера состоялась лишь в прошлом сезоне благодаря усилиям дирижера Владимира Юровского и режиссера Александра Тителя. В основе сюжета этого очень таинственного и очень красочного действа — мистическая повесть, написанная в XVIII веке Жаком Казотом и посвященная человеку, который заводит роман с силами ада и, разумеется, становится их жертвой.

Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, 5 апреля, 19.00

спектакль

Преступление и наказание Режиссер Константин Богомолов
Театр «Приют комедианта», Санкт-Петербург

Фото: Stas Levshin

Один из самых заметных спектаклей прошлого сезона: Богомолов почти по-брехтовски остраняет Достоевского, лишая его персонажей стереотипного надрыва и, кажется, мук совести заодно. Казалось бы, должен был получиться чисто интеллектуальный диспут, но на самом деле это очень «актерский» спектакль с замечательными работами Дмитрия Лысенкова, Марины Игнатовой, Ильи Деля и других.

Электротеатр «Станиславский», 5, 6 апреля, 19.00

опера

52 Режиссер Александр Маноцков
Большой драматический театр им. Г.А. Товстоногова, Санкт-Петербург

Фото: Anastasia Bliur

Известный композитор Александр Маноцков в данном случае выступает и автором партитуры, и автором инсценировки (в прошлом сезоне очень успешно такое двуединство опробовал композитор Владимир Раннев с постановкой «Проза»). Основой либретто для Маноцкова стали «карточные» тексты поэта Льва Рубинштейна — собственно, число 52 в названии и обозначает число карточек. А сюжетом, как и всегда у Рубинштейна, становится своего рода «музыка жизни», разноголосица повседневности, которую Маноцков превращает в оперную полифонию.

Театр наций, Малая сцена, 5 апреля, 20.00, 6 апреля, 13.00

современный танец

Brahms party Хореограф Антон Пимонов
«Урал Опера Балет», Екатеринбург

Фото: Olga Kereliuk

Одноактный неоклассический балет Антона Пимонова поставлен на «Песни любви» Иоганнеса Брамса и демонстрирует одновременно и виртуозное владение классической танцевальной лексикой, и так необходимую современному театру легкость и иронию в обращении с этой лексикой. Получается действительно party со множеством остроумно придуманных хореографических «завитушек». Вечеринка, кстати, очень короткая, всего 25 минут (спектакль идет в один вечер с еще одним одноактным балетом «Вальпургиева ночь»).

Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, 6 апреля, 19.00

спектакль

Дракон Режиссер Марат Гацалов
Театр драмы, Омск

Фото: пресс-служба фестиваля “Золотая Маска”

Марат Гацалов поставил пьесу Евгения Шварца, которая прямо-таки сама собою откликается, кажется, на злобу любого дня. Злоба дня в спектакле имеется, и вполне узнаваемая, но едва ли не важнее то, что Гацалов здесь искал — и нашел — конкретное театральное воплощение атмосферы страха, несвободы и цинизма. Для этого ему пришлось, правда, оставить сцену пустой и темной, но напряженности драматического действия это, как ни странно, совершенно не помеха.

Дворец культуры РУТ (МИИТ), 6 апреля, 19.00

балет

Приказ короля Хореограф Вячеслав Самодуров
«Урал Опера Балет», Екатеринбург

Фото: Olga Kereliuk

Работа худрука уральского балета замечательна тем, что это прямо-таки парад удачно реализованных амбиций: хореограф задался вопросом, можно ли сегодня сделать «с нуля» большую балетную феерию по образцу феерий XIX века и остаться при этом современным театром,— и преуспел. Специально для проекта музыку написал Анатолий Королев, сюжет разворачивается во времена «короля-солнце» и одет в узнаваемые костюмы Анастасии Нефедовой, а хореография Самодурова, как обычно, по-старому виртуозна и по-новому затейлива и иронична.

Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, 7 апреля, 19.00

спектакль

Пермские боги Режиссер Дмитрий Волкострелов
«Театр-театр», Пермь

Фото: Ilya Radchenko

Спектакль, созданный пермским «Театром-театром» в сотрудничестве со знаменитой городской художественной галереей, чем-то напоминает визионерские эксперименты Хайнера Гёббельса, который отказался делать актера и вообще человека центром своей театральной вселенной. Театр Волкострелова тоже принципиально неантропоцентричен: свет, звуки, предметы, ритм в его спектаклях важнее ролей или характеров. В данном случае в центре спектакля оказываются языческие божества и культы, которые из экспонатов художественной галереи превращаются в театральные объекты.

Театр им. Вл. Маяковского, сцена на Сретенке, 13, 14 апреля, 19.00

Ссылка на основную публикацию